(no subject)

Попалось на глаза мое сочинение с 1 курса под названием «Не могу молчать». Я писала о том, что порой изливать свои мысли на бумагу - это реальное наслаждение. И большое удовольствие получаешь от письма, когда не можешь молчать и стремишься рассказать о чем-то интересном своему читателю. Я мысленно оглянулась назад: сколько времени прошло с момента написания того сочинения – по рамкам всей жизни немного, в рамках молодости – достаточно, чтобы пожалеть об утерянных в безделье часах.
Почему я не пишу, раз для меня это такое удовольствие? Ни в газеты, ни в журналы, ни в блог, ни «в стол». И вроде было желание, да я откладывала его перед какими-то не очень важными делами. Лень сыграла немаленькую роль. Поиски себя, поиски темы и стиля и тому подобные отговорки – все это просто бла бла бла.
Эту ситуацию надо было срочно исправлять. Завести тетрадь, закрыть на некоторое время ЖЖ и попробовать писать просто о том, что думаю, и как можно чаще, даже если думаю всего лишь о погоде. Нужно было абстрагироваться от того, что это кто-то может прочитать и что я сама буду это перечитывать. Попробовать забыть на время о стиле и цели. Должно было получится как с плохим сном – расскажешь его у текущей воды, и он уйдет из головы. Так же должно было выйти и с мыслями – выложить на бумагу свои переживания и размышления, все как есть, и освободить от них голову. Должно было получится искренне, без наигранности и украшательства, честно, откровенно, без отрицания и оправданий, с умением принимать все как есть. Ведь это никто не увидит – зачем же врать себе и сознательно приукрашивать?
Но итогом так и не стала исписанная тетрадь. Однако те записи, которые я делала с промежутками примерно в месяц, были написаны с искренним желанием разложить все по полочкам. Не знаю, на что они похожи – на мысли подростка (хотя на бумагу не попало ни единого любовного переживания или мысли о своих комплексах) или все же на то, что так или иначе занимает многих людей.
В общем пусть это будет очередной поиск себя, в виде дневника или заметок. Может, эта попытка писать так же заглохнет в начале пути, как и другие мои попытки что-то начать.

Мой первый в жизни митинг

Никогда не ходила на митинги, но вчера впервые решила пойти. Я очень рада, что этот пост не называется "моя первая поездка в автозаке" или "мои первые перевернутые машины и сожженные файеры". Идя на митинг "Городских проектов", я была полностью уверена, что не напишу материал о том, как полиция удерживала натиск обезумевших урбанистов и как я боялась за свое здоровье и даже жизнь. А одна из причин, по которой меня нельзя было встретить ни на одном митинге/шествии/пикете, именно боязнь пострадать (хоть уже и пора свыкнуться с мыслью, что для журналиста это нормально).

Триумфальная площадь, где с высоты больше десяти метров взирает на Москву памятник Маяковскому, давно уже не принимала санкционированных гостей. Горпроекты стали первыми за три года, кому согласовали митинг на этой площади. И выбрана она была не случайно. Ведь именно над ней, одной из главных московских площадей, столичные власти собираются поиздеваться. Как было уже несколько месяцев назад, когда оградили проезжую часть, площадь сделали пешеходной, поставили квадратиком лавки и голые клумбы, а посередине водрузили белый навес несакционированно установленного кафе. Во многих странах, которые заботятся о том, чтобы города были удобными для жизни людей, вопросы благоустройства площадей и вообще разных общественных пространств решают архитектурными конкурсами. В нашей же стране объявляется тендер, который выигрывает самый дешевый проект - и не важно, хорош он или нет. А он нехорош. Таким образом уже потрачены кучи денег на разные "благоустройства", бессмысленные и беспощадные, которые мы и не видим. Митинг "Городских проектов" был посвящен именно этому вопросу - архитектурным конкурсам и правильному подходу к обустройству городского пространства.

Collapse )

А я иду, шагаю по Москве

IMG_0667

Москва, конечно, богатый город. Когда я это говорю, в последнюю очередь хочется думать о дорогих машинах и магазинах, закрытых клубах и огромных квартирах. Москва богата не этим. Гуляя по нашей столице и видя какой-нибудь причудливый или заброшенный дом, я часто думаю об истории, о том, кто мог жить в таких домах, кто там обитает сейчас. Я представляю как, к примеру, к Нарышкинским палатам подъезжала карета и от туда вылезали царские отпрыски. Или как в ныне заброшенном доме раньше жили какие-нибудь купцы, которые каждый день из тогда еще хороших квартир отправлялись по делам. Мы можем долго говорить об архитектуре Москвы, об уникальных домах, которые существуют в одном экземпляре, который нигде больше не увидишь. Мы даже можем назвать имена архитекторов. А сколько в Москве живет потомков известных писателей, ученых, князей, актеров и прочих? Во всем этом богатство Москвы - в ее истории, архитектуре и людях. Но ведь все это появилось не в один день.

Collapse )

А я иду, шагаю по Москве

IMG_9763

Я очень люблю Москву. Для меня это не родной город, я родилась в другом месте и даже не живу в Москве. Может, это и к лучшему – каждый раз, гуляя по ней, я открываю для себя что-то новое и не перестаю удивляться своим открытиям. Я люблю Москву за ее архитектуру, за ее атмосферу, за разношерстных людей, которые обитают в этом городе, за жизнь, которая протекает в Москве – я люблю ее за все! Город нельзя любить только за хорошее. Город не должен нравиться только потому что он удобный или красивый. Сегодня некоторые люди, как когда-то Достоевский, не любят Питер за его переулки, в которых открывается истинное лицо города – на самом деле все далеко не помпезно и не величественно, как об этом рассказывают фасады зданий. Питер что в 19 веке, что в 20, что сегодня остается контрастным местом, где, скажем так, расхлябанность и бандитизм находятся в какой-то устной договоренности с культурой и творчеством. Одно другому не мешает. Но именно за это, в то же время, Питер и можно любить. У города есть свое лицо. А обезличенный город – это неинтересно. Так же и в Москве: она бывает такой разной, в плохую или хорошую погоду, на окраинах и в центре, и именно это мне нравится - Москва заставляет либо любить ее, либо ненавидеть, но равнодушным в любом случае остаться нельзя.

Collapse )

Очевидность в абсурде, или абсурд в очевидности?

Меня искренне удивляют люди, которые очевидные вещи превращают в абсурд. Со мной начали спорить по поводу того, что фотографы и журналисты не должны фотографировать активистов во время их "активности", а тех, кто все-таки посмел это сделать нужно либо бить, либо ломать им аппаратуру. Возник спор из-за ситуации в Бирюлево. Вот что писал в твиттере адвокат Дмитрий Аргановский:

IMG_0124

Маша Баронова

IMG_0125

Человек, которого я не знаю. Комментарий примечателен

IMG_0126

Я наслышана о душевном состоянии этих людей, ну да ладно:)
Мне интересно, сколько людей считают так же? Как много людей считает, что Болотное дело продвигается благодаря фотографам?

Ощущение, что люди создали какой-то свой лагерь, назвали себя оппозицией, и для них теперь не существует никаких "между" и "посередине". То есть либо ты с ними, либо ты за жуликов и воров. И никак иначе. И что самое удивительное - СМИ тоже должны решить, за кого они. Я не хочу сказать, что вся оппозиция - это обезумевшие, слепо верящие своим лидерам люди. Просто именно таких становится все больше и больше.

Мне говорят, что фотографы выполняют свою работу с политическим подтекстом. Я буду виновата(!) в том, что человеку дали срок, ведь это я сделала фотографию, как он пиздил бил ОМОН. Из-за меня ему впаяют двушечку, ведь именно на моей фотографии видно, как он громит частную собственность. Я облегчаю жизнь СК и помогаю им найти активистов. Ведь все это я делаю с определенным "политическим пристрастием", и фотограф не может быть объективным.

Бред.

Collapse )


(no subject)

Долгое время я не решалась написать о том, как постепенно начала меняться моя жизнь. Из одного периода я перетекала в другой, только мысленно подводя итоги. А вот на бумагу выложить все, как есть, то ли духу не хватало, то ли попросту было лень, то ли была какая-то другая на то причина.
А нужно ли вообще свою жизнь делить на периоды? Вот мы ставим перед собой цель и живем, чтобы однажды ее достичь. Потом другую цель, и опять живем ради нее. Так вроде все и должно быть, но иногда создается ощущение, что мы живем от цели к цели, от события к событию, от пятницы до пятницы, от утра до вечера – у кого как. Складывается ощущение, что мы сами себя заключили в тренажер для хомячков, и теперь будем бегать там по кругу до конца своих дней. Вот я встаю с утра и думаю: «Надо окончить университет, а после университета нужна стабильная работа, а вообще мне уже будет 24, через год-другой можно и замуж будет выйти». Да что это за планы еще такие? Как будто на бумажке мне расписали, что и в какое время я должна буду сделать, остается только добавить «а обед по расписанию»! Будто бы в конце моей жизни мне еще и отчет предстоит сдать, насколько я отошла от плана, сколько денег перерасходовала, сколько болезней перенесла! Каждый вечер ложиться спать с мыслью, что завтра мне на работу, а после завтра на работу, а после-после завтра на работу, а вот в пятницу на работу, а в субботу выходной, а в воскресенье выходной, а вот в понедельник на работу… Школа, университет, работа, семья, - на каждый период жизни расписан план. Но разве это уже жизнь? Понятно, что разные события в нашей жизни связаны с определенными людьми и местами, и какое-то определенное время назовешь не иначе как период. Но иногда это напоминает записную книжку, в которой каждый отдел помечен своим цветом. А хочется просто жить и знать, что изменилось, а что нет.
Просто жить – это легко сказать. Но вот сделать… Каждый день на меня давит какой-то очень тяжелый груз, который не понятно кто на меня взвалил. Наверно, сама жизнь, которой ты обещаешь быть проще, а она слушает тебя и насмехается, кидая на спину все новые и новые мешки с грузом. Грузит общество, которое требует от тебя замешательства во всем происходящем: не будь равнодушным, выбери, по какой карьерной лестнице ты будешь подниматься, определи свои силы, которые ты сможешь потратить на получение дохода, а от дохода будет зависеть то, что ты носишь, ешь, где живешь, на чем ездишь, но и про лестницу не забывай, ведь на новой ступени будет новый класс, новые люди, новый уровень… Грузом становится и семья, и с этим можно что-то сделать, только тут уж я никогда не сброшу их со своей спины. В конце концов, гружу себя и я сама. Я каждый день пытаюсь решить, что же я хочу, и, оглядываясь на свою спину, мне все сложнее и сложнее становится сделать выбор.
Ты можешь быть уверенным в том, что сам принимаешь решение, но на самом-то деле на него влияют сотни людей. Людей, которые, как рупоры, со всех сторон вещают свои советы и правила жизни. И советы могут быть верными, и правила жизни интересными, только вот все это мешает понять, а что же в действительности нужно мне. Пишу я это и понимаю, что, возможно, у каждого были такие мысли, что это вовсе не проблемы, а так, показатель – раз думаешь, значит, не амеба, значит, есть шанс не просто существовать, а даже жить. А проблемы показаны на тех фотографиях с выставки, где люди живут с обожженными до костей лицами и где в реках трупы плавают. А все же вспоминаю слова одной своей преподавательницы, которая говорит, что у каждого свое: пусть вам и покажется, что для богатой матери решить, куда отправить ребенка учиться – в Австрию или Швейцарию, - это не проблема. Нет, это проблема, только у каждого эти проблемы на его уровне.
Я знаю, что хочу жить, не завися от денег, не думая о том, что они важны. Хочу заниматься тем, о чем мечтаю, пусть для этого и не нужно строить карьерных лестниц. Хочу писать то, что хочу (извиняюсь за повтор), не задумываясь о том, что меня кто-то может не понять. Я понимаю, что груз можно легко сбросить, ведь фактически передо мной нет никаких границ, я и в правду могу делать, что хочу. Быть, проще говоря, свободной. А как все-таки сбросить груз, я не знаю.
Хочу избавиться от привычки оглядываться назад. Хочу идти только вперед. Наверно, поэтому я так и не напишу, как же начала меняться моя жизнь, ведь для итогов придется посмотреть далеко назад. 

...

Ты идешь, идешь и идешь. Думаешь о чем-то. В парке очень тихо, безлюдно. Снег такой белый, что даже в наступающих сумерках он слепит глаза. Ты видел всю эту красоту много раз. И тебе очень жаль, что она больше не захватывает тебя так, как раньше. Нет, неужели приелась?

И вдруг что-то все-таки щелкнуло, и ты смотришь на все, что происходит вокруг тебя, другими глазами. Дыхание захватывает с необычайной силой, но тебе все мало, ты хочешь больше! Хочешь глубже погрузиться в это ощущение принадлежности ко всему происходящему вокруг!

Только что ты шел, смотрел на эти беспорядочно растущие ели, на шапки бархатного, стесанного ветром, снега, покоящегося на ветках могучих и не очень деревьев, на замерший пруд, который спрятался под этим холодным белоснежным одеялом, на церковь, у которой так живописно и таинственно стоит старое, голое, серое дерево. Ты смотришь на все это и думаешь, случайна ли эта красота. Самое прекрасное в такие моменты - когда ты начинаешь смотреть на все это тихое, но в то же время величественное царство другими глазами! Каждый глоток воздуха - уже не просто вдох, а целый глоток воды, обволакивающий все внутри! Глоток воды, который способен пробудить к жизни! Другими глазами – здесь это не значит видеть все по-другому. Здесь ты вдруг как будто все осознал, как будто увидел истину, как будто понял простую, а до этого момента неясную вещь. Другими - значит с новой силой!

Когда ты стоишь на горке, возвышаясь над безлюдным парком, и твоему взору открывается 360-градусная панорама, останавливается время. Это не тот парк, что находится в городе, не тот, что с асфальтированными дорожками для велосипедистов и бегунов, что с высаженными в ровные ряды деревьями, не тот, что предназначается для прогулок родителей со своими маленькими детьми, и не тот, что так часто посещают люди пожилого возраста. Нет. Раньше здесь кто-то жил, богатый, наверно. Сделал пруд, высадил небольшую аллею, а остальное царствование предоставил растущим тут с неизвестных времен елям и осинам. Здесь тихо. Очень тихо. Слышно только твое дыхание. Или стук дятла, небольшой и трудолюбивой птички. Нигде себя ты так не чувствуешь, как здесь.

Холодный зимний воздух. Сумерки. Белый-белый снег. Уже синие (а днем коричневые) деревья. А небо… Какое небо! Над головой простирается глубокая холодная синева, ниже сливающаяся с таким голубым, кажущимся бескрайним, пространством! Тонкая и легкая голубизна. На востоке, лицом к главному спуску с горки, голубизна, без каких-либо линий и разделительных полос, незаметно переходит в нежно-розовую даль, превращающуюся ниже в толстый сгусток розовой краски. Этот насыщенный розовый таким же незаметным образом переходит в фиолетовый. В фиолетовый, которого, кажется, не найдешь ни у одного художника. И будто повелевая всеми этими красками, неподвижно возвышается луна, неопределившаяся еще, какой ей цвет по душе. Поворачиваясь на запад, ты видишь уже другую, но такую же прекрасную, картину: такой же глубокий синий цвет над головой, тот же легкий голубой чуть ниже, ну а за голубым следует нежно-желтый цвет. Это пастельно-желтое свечение распределяется неравномерно. Где-то оно загорается оранжевым! А где-то легким, цвета абрикоса, туманом сливается с серо-голубой краской.  Но внимание к себе привлекает ярко красное круглое пятно! Диск закатного солнца! Ты не можешь долго на него смотреть, но даже нескольких секунд хватает для того, чтобы увидеть его неспешное движение вниз. Весь день и еще несколько минут этого приближающегося вечера солнце правило на небе, давая всему живому и неживому возможность насладиться светом. Теперь же, всего на несколько часов, оно уступает свое место той, которую ты уже видел на противоположной стороне. Как на севере, так и на юге все это величие красок сливается воедино! Но нет! Нет этой линии перехода! Не видно этой границы! Все существует в какой-то сплоченности,  каком-то единении. Все это представляет собой гармонию.

Время действительно остановилось. В такие моменты ты переосмысляешь жизнь. Уже не существует материальных благ. Ты не знаешь, насколько циничен этот мир, насколько люди стали озлобленными. Ты как будто не знаешь, что есть трудности и проблемы. Все это перестало существовать, потому что именно в этот момент время остановилось. Ты как будто сам поставил на паузу свою жизнь. Не чувствуешь этих секунд, которые давят на тебя каждый день своими условиями, напоминаниями, сложностями, обязанностями. Именно в этот момент твоя жизнь стала абсолютно другой. Настолько это зрелище захватывает, что ты даже не замечаешь, какой сильный стоит мороз и как замерзает лицо. Тишина. Даже думать хочется шепотом. Никаких звуков и никакого времени.

А облака? Облака как будто воздушные корабли. Настолько воздушные, что грязь, которая с каждым днем копится на земле, не дает им спуститься ниже. Они просто ломаются. Или сгущаются. Чувствуешь себя немного безумным, когда рассуждаешь о том, куда могут держать путь эти корабли, которые создают ветер, размахивая своими большими воздушными крыльями.

Как же не хочется уходить! Снова погружаться в эту суматоху, уже кажущуюся бессмысленной.  

IMG_3188[1]     
                                                                                                              IMG_3238[1]

Ни одна фотография никогда не передаст всего зрелища. И никогда человек не создаст столько красок, сколько имеется у природы.

IMG_3239[1]  IMG_3190[1]

И тебе вроде жаль, что никого нет сейчас рядом с тобой. Так и хочется крикнуть: ну посмотрите! Посмотрите вы на это! Неужели вы ничего не видите?! А потом думаешь, а поймет ли это кто-нибудь? А увидит ли?        

P.s. Музыка? Нужна ли она природе? Мне кажется, нет. У природы своя музыка. 

P.p.s. Хотя мне кажется, что отлично подойдет Moby

...

Мне кажется, что интересно наблюдать не только за миром, но и за самим собой. За тем, как ты ведешь себя в той или иной ситуации, какие принимаешь решения, какие возникают мысли. Или, например, за тем, как приходит вдохновение. Какова причина его, такого всегда неожиданного, прихода? Как ты себя чувствуешь, когда оно накатывает волной?

В этот раз вдохновение действительно накатило волной, очень неожиданно и случайно… Хм, а случайно ли? Я сидела на кухне, тускло горел свет, в кружке остывал мятный чай. Музыка, которая играла в моих наушниках, несла в себе какое-то странное меланхоличное настроение: было ощущение, что я нахожусь в другом месте, в другое время, и что у меня вообще другая жизнь. Я зачем-то полезла смотреть фотографии. И тут песня сменилась, а на экране моего мобильного было вот это самое фото…

IMG_3034[1]

...и я уже там, в том городе, на той улице, стою на том самом асфальте и смотрю на те самые стеклянные дома. Стоило только закрыть глаза и представить – настолько эти сложившиеся в секунду отношения музыки и фотографии потрясли меня! И вот я уже с листком бумаги и карандашом сижу и что-то пишу. И вот думай теперь: как получаются такие случайности? Случайности, приводящие в гости к твоей голове спонтанное вдохновение? А за ним и творческие муки, бессонные ночи, раздражительность из того что не получается…. Ну, ладно.

Получилось немного нескладное стихотворение. Но оно отражает именно то, что бы я чувствовала, стой я в том самом городе, на той самой улице, на том самом асфальте, дыша тем самым воздухом и слыша те самые звуки…


По стеклянной улице идешь,
Ощущая на щеках прохладу.
А в горле холод. Ветер в волосах.
И что-то держишь ты в своих руках.

Ступая плоскою подошвой, идешь вперед.
Ощущаешь легкость синевы.
Здесь сумерки сливаются с асфальтом,
И в стеклах окон отражаются огни.

Стекло этих длинных улиц
Не выражает глубины.
Но ты идешь, а на душе спокойно.
Не боишься здесь остаться ты один.

Что завтра будет, ты не знаешь.
Ты только чувствуешь… весь мир.
Ты чувствуешь момент, ты ощущаешь жизнь,
Что вокруг тебя с особой силою кипит.

И каждый звук внутри себя ты ощущаешь:
И гул метро, и голоса людей,
И скрип цепи велосипедной -
Ты слышишь всё, ты слышишь мир!

И каждый запах трогает  тебя:
И едкий дым, и кофе аромат,
И запах свежести вечерней.
Ты дышишь миром! Ты ощущаешь городскую речь!

Живешь моментом!
Миг стараешься поймать!
Счастлив каждому дуновению ветра!
И что-то продолжаешь бережно в руках держать.

Идешь один. И рад тому,
Что не помешал никто поймать момент,
Почувствовать себя единым с миром,
Ощутить весь ритм жизни на себе.

В руках ты держишь ни что иное,
Как свободу, как жизнь свою!
И счастлив ты, что сам руководишь собою!
Что право свое знаешь на мечты!

Ты держишь крепко, не отпускаешь.
Пусть иногда и тяжело.
Но это жизнь твоя!
Не вредно и стараться для нее.

Что завтра будет, ты не знаешь.
Ты только чувствуешь себя, весь мир.
Ступая тонкою подошвой, идешь вперед,
Ценя здесь каждый миг.  

...

Такой переворот души случается редко. Он и не нужен нам постоянно. Иначе мы бы вечно меняли свою жизнь.

Ей понадобилось немного времени, чтобы понять, что делать дальше. Свою подмосковную квартиру она оставляла с ясным пониманием своего желания. Она пыталась анализировать, правильно ли поступает. Пыталась понять, не испортит ли она что-нибудь. Не рискует ли она. Желание что-то изменить было настолько сильным, что сомневаться она просто не хотела.
Она возвратилась в Москву во второй половине дня. Погода была прекрасной. Нет, не светило солнце и в воздухе не порхали красивые снежные хлопья. Снег за утро растаял. Дороги, тротуары и даже клумбы – ничего в городе не напоминало о недавнем белоснежном покрове. На улице было морозно. Однако не было пронзающего ветра. И не капал холодный дождь. Просто было холодно. Свежо.
Она сразу поехала по делам. Не хотела заезжать на свой чердак, пока не покончит со всем.

Долгое время ее одолевали противоречивые чувства. Долгое время она сомневалась. Долгое время она злилась, противилась. Ей больше не нравилось то, чем она занимается. Точнее, ей это не нравилось никогда. Но она по какой-то глупой причине стала работать именно в этом месте. Именно с этими людьми, от которых ее всегда просто воротило. Она часто задумывалась: действительно ли ей это нужно? Действительно ли она хочет здесь работать?
Работа. Работа – такое сухое слово. Работа – место, где зарабатываешь деньги. Работа – место, где ты выполняешь свой долг. Ей никогда не нравилось это слово. Она всегда хотела найти не место, где можно выполнить долг - она всегда хотела найти сам долг! А место… Место – это скорее последствия твоего выбора.
Вот они и последствия. Похоже, что выбрала она не то, что хотела. Поэтому и оказалась не там, где хотела бы оказаться.
В детстве она мечтала связать себя с волшебным миром творческих и неординарных людей. Так ей тогда казалось. Казалось, что в мире, где царит два смысла ее жизни – мода и журналистика – все люди – творческие и неординарные личности. В принципе, так оно и есть. Только когда возникло желание, когда возникла страсть, она совсем забыла про то, что скрывается в людях помимо их талантов и интересов…
На момент поступления в университет она уже знала, что не хочет связываться с циничным миром моды. Нет, мода ей по-прежнему была нужна – она никогда не переставала следить за этим миром. Но вот люди… Люди ей казались настолько лживыми, циничными, алчными, глупыми и корыстными, что мир моды для нее перестал иметь такое большое значение, как раньше. То, где обитали эти люди, – люди, гонявшиеся за славой, деньгами, люди, пропагандирующие ценность материального, -  не мир моды. Вся эта мишура, наигранность, вранье, необходимость постоянно лавировать между людьми, как змея, нанося неожиданно удар – это не мода! Это – люди! Но один мир не мог существовать без другого, а тот мир – без этого. Все взаимосвязано. Абсолютно все. Она понимала, что в этом мире если и есть для нее место, то она точно не хочет его занимать. Она не хотела связывать себя с этим миром, дарить свое время и свои силы, дарить свои идеи и знания кому-то из этих людей.
Подвернувшее знакомство. Целая нить знакомств привела ее к тому месту, что было для нее заготовлено. Зачем она стала этим заниматься? Она же не хотела! Почему вдруг?

Она сейчас шла к редакции и думала именно об этом. Неужели ей не хватало денег? Неужели ей больше не на что было тратить свои силы? Шла по Москве, такой большой и открытой. Она слушала шум проезжавших мимо машин, следила за своими ногами и пыталась уловить легкие звуки, издаваемые ее кедами, когда те соприкасались с асфальтом – такой приятной звук шага. Она обгоняла людей, отмечала, как они одеты, какая у них походка, о чем они говорят и в каком они настроении. Ни одна деталь города не могла ускользнуть от нее. Ни расписной люк канализации, ни обычный желтый указатель, ни свет светофора – ничего. И, несмотря на свою наблюдательность, на желание ничего не упустить из виду, она спрашивала себя: зачем тогда она так поступила?
Да, она спрашивала себя об этом, но все же долго не размышляла. Ответ она знала. Так долго идти к какой-то цели, а потом от нее отказаться невероятно сложно. Верить во что-то долгое время, а потом понять, что вера была неистинной – настоящая мука. Испытать это она боялась больше всего. Только представить: каждый день ты стремишься к какой-то мечте, делаешь все для этого, стараешься, работаешь – и так на протяжении нескольких лет; просыпаешься и засыпаешь с мыслью об этой мечте… Кто сможет так взять и в один момент, в одну секунду, отказаться от этой мечты? Потерять в нее веру? Отказаться от всего, что ты делал для мечты?
Это невероятная мука – осознать свое равнодушие к цели. Поэтому она и взялась за эту работу. Заняла то место. Связала свою жизнь с этим миром.
За год она получила хороший опыт. Успела многое сделать. У нее появилась масса знакомых в разных кругах. Да, всего лишь год. Но ей казалось, что прошло уже не меньше десяти лет. Постепенно, хоть она и противилась этому, но все же начала привыкать. Успехи, востребованность – мало кого это может не радовать. Вот за это она и ругала себя. За то, что поддалась всему этому и отказалась от своих же убеждений.

Сейчас она стояла у входа в редакцию. Сквозь стеклянные двери было видно снующих туда-сюда молодых девушек. Девушки, работавшие в таких изданиях, никогда ей не нравились, хоть именно из таких особ и состояли новые круги – целые круги! – ее общения. Схватившись за ручку с явной решимостью, она за секунду до того, как открыть дверь, войти в редакцию и совершить важный шаг в ее жизни, все еще раз обдумала. Ей нужна была всего лишь секунда, чтобы задать себе вопрос «точно?» и ответить на него: «Да!»

Когда она вышла из редакции, она почувствовала, как холодок весело пробежал ветром мимо нее. Повеяло невероятной свежестью. И облегчением… Ей казалось, что она никогда не чувствовала себя так легко и свободно, как сейчас! «Всё, всё, всё!» - повторяла она у себя в голове! Ей казалась, что пойди она сейчас, чуть тронься с места, и ее ноги не коснутся асфальта, ведь она готова была лететь! И это несмотря на то, что происходило в редакции.

Когда она подошла к кабинету главного редактора, секретарша явно была взволнована: глаза ее нервно бегали, она не знала, куда деть руки, а стол трясся от ее постоянных дерганий ногой. «Номмммеер планнируеттся! Неттт коннннтактоввв! Онннаа в ярррости!» - прошипела ей секретарша. Но ее она абсолютно не волновала. Проигнорировав нервный выпад этой особы, она прошла в кабинет, чтобы наконец закончить свои дела. «Где ты была? У тебя проблемы? Нет? Что ты себе позволяешь? Что с твоим телефоном?» - Она совсем забыла, что телефон ее лежит в квартире, что она ни с кем не общалась, и что никто даже не знает, чем она занималась эти два дня – «Ты понимаешь, что у тебя проблемы? Ты представляешь, как ты нас подставляешь? Ты… ты… ты…» Да ее это все не волновало! Она подставляет? На этот вопрос она – что удивительно – совсем не разозлилась, ведь ей и было что припомнить. Она молча взяла лист бумаги со стола редактора, около минуты что-то быстро чиркала и отдала. Редактор была ошарашена. Эта женщина, только что заикавшаяся от своей ярости, была просто шокирована. Видимо именно шок заставил подписать ее заявление об уходе. Никаких объяснений. Редактор, все еще находившись в шоке, видимо, их и не ждала. А она, уходя, сказала лишь: «Ложь. Все ложь».         

Она стояла на улице перед редакцией. За стеклянными дверями все так же сновали молодые девушки, изнывающие от усталости в этих ужасно неудобных каблуках и узких платьях. А она, такая легкая и такая свободная, совсем им не сочувствовала. Ей было все равно. Она сейчас думала о себе.
Когда он поймала такси, было уже темно. На улице холодно. А в душе невероятно тепло. Сияли огни. Такси неслось по дороге мимо величественных зданий, мимо ярких витрин, мимо сверкающих вывесок, дорогих магазинов, шикарных автомобилей, счастливых и не очень людей, не спеша прогуливающихся по тротуарам. Москва, такая сияющая, такая быстрая, такая динамичная, как будто говорила ей что-то, как будто напевала какую-то песню. Она ехала в такси и была невероятно счастлива. Завтра ее ждет столько важных дел! Ей еще столько предстоит сделать и закончить! Завтра будет столько всего! Ей казалось, что завтра начнется какая-то новая жизнь! Она была невероятно счастлива. Потому что ее ждал новый день. 

...

И извечна автора ассоциация - 
Ярко обособленная явь.

И искренна автора ассоциация - 
Ясности истории исчерпал.


Очерк кротко обрисован,
Новое единство он несет.


Тонет точно одинокий,
В вечности истошно отражен.


Рифму условно отмечая,
Ядовито отвечает тоном,


Музыки ища абстрактно,
Озадачив вас своим маневром многотомным.


Мысли интересно окрыляют,
Творчества альянс создавши.


И истинна ассоциация,
Являет тонкости искусства.


Алчно оставляя ясность,
Смысл лишен навязчивости.


Искусство однобокостью юлит,
Творец царит твореньем многозначным.


Многозначна автора ассоциация –
Ярко обособленная явь. 


Никогда не думала, что буду писать стихотворения. Сколько ни пробовала, никогда не получалось.
Всегда из-за этого было обидно. Думала, что стихотворения пишут личности с тонкой и чувствительной натурой. Ощущения мне говорили, что я именно такой человек. А вот стихотворения никогда не удавались.
В университете получила задание написать рассказ с зияниями. Долго обдумывала его. Искала тему. В итоге родилось это стихотворение. Вот так взяло и родилось в день сдачи домашнего задания. Первое стихотворение.

Оно многозначно. Многозначно потому, что каждый его может понимать по-своему, каждый может найти в нем что-то свое.

Автор же пишет о том, как он создает это стихотворение. Да, он пишет о том, как он пишет. Что он чувствует. Что хочет сказать. 
Автор не пишет о несуществующих вещах. Он берет реальность, обособляет ее, ярко выделяет и описывает. Он старается полностью раскрыть смысл, и в то же время он не заботится о рифме, он не заботится о читателе как таковом. Читатель может понять это стихотворение по-совему. Все люди разные. И не дано понимать одну вещь всем одинаково. 
Автор признает неизбежность одиночества и от того появление вдохновения. Он признает, что многие остаются в истории благодаря своим страданиям. Он пишет, когда что-то терзает его. Он пишет о понятных всем вещах, пусть это и не видно всем до единого, пусть это и выражено намеками. 
Автор думает о себе, не думает о читателе, не хочет угодить ему, и в то же время он думает обо всех, потому что стихотворение не для определенного человека. Творчесвто должно быть доступно всем.